Интерес к старым автомобилям появился в СССР ещё в 1970-е: тогда нашлись первые ценители, которые перестали смотреть на олдтаймеры лишь как на вынужденное средство передвижения при дефиците и дорогих новых машинах. С тех пор увлечение только росло, и в тёплый сезон фестивали, парады и ралли проходят по стране почти каждые выходные. Сегодня к олдтаймерам относят не только «Победы», но и «Волги», «Москвичи» и даже «Жигули».
Репликары: форма важнее содержания
Тем, кому внешность дороже подлинности, в США и Западной Европе уже десятилетиями предлагают репликары — машины, с разной степенью точности повторяющие облик легендарных моделей прошлого, но с современными агрегатами. Американская Excalibur много лет строила стилизации под Mercedes-Benz 1920–1930-х годов, а небольшая французская La Chapelle выпускает на современных узлах несколько версий Bugatti.
В СССР первым таким автомобилем в 1970-е стал репликар Fiat 2,5 НР 1899 года, сделанный известным в кругах движения самавто Спартаком Григоряном: на нём стояли двигатель «Москвич-407» и коробка передач «Москвич-401». Репликаром можно считать и харьковский «Лотос» — вариацию на тему британского Lotus Seven на агрегатах «Жигулей», регулярно появлявшуюся на слётах самодельщиков. В известной мере к репликарам относят и «Волги» с «Москвичами», а иногда и более старые машины с современными агрегатами, хотя их строят не с нуля, а на основе оригинальных кузовов.
Где заканчивается оригинал
Классическая реставрация предполагает точное воссоздание всех элементов — от кузова и салона до узлов, шин нужной размерности и рисунка, 6-вольтового электрооборудования и даже хомутов на шлангах. Достичь этого крайне сложно, и здесь есть два направления: музейные экспонаты, которым не предстоит самостоятельное движение, и машины, регулярно выезжающие на дороги общего пользования. Ездящий автомобиль приходится приспосабливать к современной жизни — ставить нынешние шланги и резиновые изделия, переделывать двигатель под современные вкладыши, чтобы не возиться с заливкой баббита; мало кто теперь красит машину нитроэмалью.
Чётких критериев тут нет. Кабриолет КИМ-10-52 в музее Верхней Пышмы воссоздали примерно из рамы и части кузова, вероятно, с деталями Ford, от которого и произошёл советский КИМ: московских машин этой марки сделали совсем немного, а аналогичные Форды массово выпускали в Великобритании, и комплектующие найти проще. На некоторые ЗИС-101 при реставрации ставят рядные «восьмёрки» Buick, конструкция которых лежала в основе советского мотора, поскольку пригодный к восстановлению оригинальный агрегат найти сложно. Проще тем, кто работает с «Волгами», «Победами», ГАЗ-69, ЗИМом, грузовиками семейств ГАЗ-51 и ЗИС-5: нижнеклапанные «четвёрки» и «шестёрки» выпускали несколько десятилетий, и при неортодоксальном подходе некоторыми неточностями можно пренебречь.
На выставках появляются и просто копии отечественных автомобилей, выпущенных мизерными тиражами и не сохранившихся; иногда их пытаются выдать за сенсационные находки. Хорошо воссоздан первый российский автомобиль Яковлев-Фрезе: от машины 1896 года остались единственное фото и пара противоречивых воспоминаний, но реставраторы воспроизвели даже одноцилиндровый двигатель, взяв за основу конструкцию мотора Benz конца XIX века, послужившего образцом для оригинала. Для езды такая копия не предназначена — как и ярко-красная копия горьковского гоночного ГЛ-1, построенного в 1940-м для рекордных заездов и служившая шоу-стоппером на выставках.